Накануне 9 Мая в редакцию газеты «Заря» заглянул улыбчивый мужчина в военной форме, на груди поблёскивали медали и ордена. Он оказался тем самым добровольцем, о котором мы узнали от наших коллег из Волгограда, и сами пытались разыскать. Так мы и познакомились с Виталием Б.— воином-добровольцем, для которого защита Родины – это дело чести. Он согласился рассказать о своём участии в специальной военной операции, о жизни на гражданке и о том, почему принял решение отправиться «за ленточку».
Виталий – настоящий казак, поэтому говорит о своем решении пойти воевать не как о подвиге, а как о долге, о зове сердца.
Наш герой родился и вырос в Суровикино. Здесь учился и работал, создал семью, а потом — специальная военная операция. Три раза «Белый» (это его позывной) подписывал контракт воина-добровольца. И каждый раз, возвращаясь домой, чётко знал, что вновь отправится на СВО. Ведь там его ждут братья по духу, которые плечом к плечу, каждую секунду рискуя собой, делают всё возможное и даже невозможное, чтобы здесь, в тылу, текла спокойная гражданская жизнь.
Боевой путь
«Я патриот своей страны. Поэтому в 2022 году, когда всё началось, пошёл в военкомат. Готов был на всё, лишь бы попасть «за ленточку». Стал проходить комиссию. А тут начали действовать новые правила набора добровольцев. Это очень облегчило мой путь — уже через 5 дней подписал контракт, а 3 апреля был непосредственно в зоне СВО. Уехал я в Запорожье. Работал водителем на КАМАЗе и БТР: вывозил раненых, прикрывал группу, часто вместе с ребятами отражал атаки противника.
Там, где мы стояли, через каждые 500 метров были блокпосты. Через три километра — украинский блокпост. То есть работали на самом передке. Ездить приходилось много и грамотно. Земля там такая, чуть брызнуло — болото, ни одна машина не проезжает. Дороги разбитые, много «открыток», то есть участков, где ты у противника как на ладони. Очень опасные участки. Пролетал я такие промежутки, что КАМАЗ колёсами землю почти не цеплял. По-другому никак, не успеешь, тебе прилетит сразу же… А пацанов забирать надо, они ждут. Все рейсы приходилось делать днём, так как ночью нельзя было ездить. С шести вечера до шести утра стоял запрет для всех. Без разницы. А братья-то ждут, там не только каждая минута, там каждая секунда решает их судьбу… Поэтому выкручиваться и предпринимать приходилось всякое… Адреналин притупляет страх, и уже не думаешь об опасности, главная цель – любой ценой помочь боевым товарищам.
Для меня это была не первая командировка, так сказать, боевая. Когда я служил «срочку», был в Ингушетии. Нас там многому обучали, и многое там мы проходили. Всем, что знаю сам о военном деле не в теории, а на практике, я делился с боевыми братьями. И сам часто ходил с ними на задачи. Всякое видел…
Мне проще было всегда брать ответственность на себя. И отходить одному всегда легче. Всегда. Чем за собой кого-то тащить. Люди разные. Психика разная. Кто-то боится. Кто-то теряется… а я бесстрашный, хотя это, конечно, очень плохо… Ну вот такой я…»
Наш земляк излучает невероятную энергию, перемешанную с горечью потерь и радостью от того, что, благодаря своему бесстрашию, помог многим боевым товарищам. Взгляд Виталия меняется, когда он вспоминает, как под шквальным огнём вытаскивал раненых с поля боя, но «Белый» не говорит о том, что сам не раз рисковал жизнью. Как-то на КАМАЗе вывозил трёхсотых с поля боя. Пацанов надо было быстро вывезти из посадки. Посадка очень густая — КАМАЗ еле проходит, а по дороге нельзя, далеко. А тут ещё трубку воздушную перебило, скорости не могу переключить. Я ребят загрузил и на первой полетел. Ну как полетел, это я так говорю, на самом деле, как черепаха выползал на дорогу. Бог уберёг… А если б в нас прилетело (у меня в кузове бочки с горючим стояли), нас бы всех не стало. И я вот в более безопасное место вытащил своих. И пошёл пешком за БТР, завёл и уже непосредственно повёз к месту, откуда уже кого куда: кого в госпиталь, кого в санчасть. А меня тогда контузило сильно, два месяца восстанавливался. И снова в бой».
В сентябре 2022 года Виталий вновь подписал контракт. Теперь он попал на Донецкое направление. Также водителем и миномётчиком.
«В Александровке стояли. Там свиноферма, наверное, о ней многие слышали. Долго мы её выбивали и очень тяжело. Два года брали, и взяли уже не мы, но всё одно наши. Молодцы ребята! Так вот, мы были там одними из первых… противник от нас через поле, ну вот, совсем близко… Работать приходилось в жарких условиях.
Нам нужно было поле это каким-то образом очень быстро пройти как можно грамотнее и с наименьшими потерями и закрепиться на новых позициях. Я предложил сорвать ворота и прицепить их за БТР и переводить так людей примерно по 10 человек. Ну да, со стороны это кажется смешно и, возможно, глупо. Но именно такая, на первый взгляд несерьёзная, идея помогла нам. Мы смогли определённый участок проехать очень быстро и оперативно занять оборону».
А ещё Виталий может много и долго рассказывать о блестящей работе нашей артиллерии. Признаётся, что испытывает уважение и даже восхищение тяжёлым огнестрельным оружием, которое не просто прикрывает наших пехотинцев, но и внушает ужас противнику.
«Артиллерийские атаки невероятно хорошо удаются нашим военным. Огромная огневая мощь поражает противника на значительном расстоянии, всего несколькими залпами разрушая подвижные цели и оборонительные сооружения. Именно это, как ничто другое, воодушевляет наших бойцов, — рассказывает «Белый». – На Запорожье работал в артиллерии. Поинтересовался у командира, можно ли? А он такой — не вопрос, давай: баранку крутить любой может, а вот в артиллерии нужен толковый человек, который быстро посчитает и примет верное решение. Вот там и получил неплохой опыт: дали тебе цель, ты должен её поразить любыми способами и очень быстро, чтобы никто не успел понять, что случилось, а ты уже сменил позицию. В 23-м году, когда командира не стало, я и водителем был, и старшиной, и командиром – всё в одном лице.
Помню Вербовое. Противник шёл напролом, чтобы вывести свою группу из нашего окружения и закрепиться. У них бесчисленное количество техники, небо чёрное было. Сначала, знаете, красиво так показалось, а потом началось. С двух ночи и до 9 вечера продолжался этот ад. Если бы братья не прилетели и не прикрыли бы нас, неизвестно, что было бы. И мы отстояли, самые последние уходили оттуда.
Весной 2024 года я снова подписал контракт. Был на Луганском направлении, там уже работал на гаубице Д-30, командовал двумя расчётами. Работали по готовым целям. Очень нравилось: две — три пульки и задача выполнена».
За плечами «Белого» Запорожское, Донецкое, Луганское направление. Три ранения. Ни тяготы военной службы, ни контузии не останавливали добровольца вновь и вновь возвращаться «за ленточку» и вместе с боевыми братьями продолжать бороться за правое дело. Каждый раз наш земляк возвращался в строй. Признаётся, что не мог поступить иначе, ведь долг перед товарищами и Родиной для него сильнее боли.
«Белый» – значит святой
Виталий уверен, что родился в рубашке. Иначе как объяснить, что он, пройдя через столько испытаний, остался жив и полон сил. На вопрос, как появился его позывной, Виталий скромно улыбается.
«Белый — значит чистый, святой. Товарищи так назвали. То есть позывной пришёл, не могу сказать, что сразу. Много ситуаций было, когда, казалось бы, всё, а мне ничего, ни царапины. Пацаны говорят, как в рубашке родился, ну или святой, другого объяснения нет.
Хотя ситуаций много было. Вот, к примеру, в Вербовом, 155-я прилетела, меня высоко подкинуло и хорошо приложило об землю. Помню только голос дочери. Вроде как говорит: «Папа, вставай, что ты здесь валяешься?» И был момент, что танк на меня бил. Пацаны рассказывали, ещё б секунд 30 и всё. А как-то прилетело, нашей хаты не стало. Где я лежал, от бетонных столбов одни проволоки остались. А я бодрячком, неделю отлежался и как ни в чём не бывало. Братья в госпитале, а я нет.
Самая последняя, конечно, была сильная контузия. Взрывной волной меня подкинуло и просто бросило назад. Но ничего, рубашка, в которой родился, как говорят, помогла… Вот так вот… Двигаемся потихонечку».
Награда за доблесть – живые товарищи
За проявленное мужество и героизм наш земляк-казак награждён медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, медалями «За участие в специальной военной операции по денацификации и демилитаризации Украины», ведомственной наградой Министерства обороны России «Воин-Доброволец», знаками ветерана боевых действий, участника спецоперации и РВиА «Артиллерия — Бог войны». Но, кажется, что награды для него мало что значат, по сравнению с благодарностью спасённых им бойцов.
«Братьев 50 — 100 как минимум я на себе вынес и вывез. Многие звонят, со многими на постоянной связи. Кто-то теряется. Знаете, как бывает, телефон новый или ещё чего. Потом раз и находятся. Так вот мы и держимся. Никого не забываю. Да и меня братья помнят. У нас, знаете, связь какая-то духовная что ли. Это поймут лишь те, кто был там. И связь наша сильнее любой брони. Она навсегда с нами. Признаться честно, когда я дома, в мыслях я там. И очень хочу вернуться. Обязательно вернусь».
Семья и гражданская жизнь
«За ленточкой» Виталий – бесстрашный воин, а дома – супруг и папа. Любимая жена, сын и три дочери – его главный стимул, надежда и опора. Ради них, ради мирного неба над головой он готов идти до конца, до самой победы. Многодетный отец признаётся, что именно мысль о родных даёт ему силы выстоять в самые тяжёлые моменты.
«Супруга сразу поняла и приняла моё решение в 2022 году. У нас в семье так заведено, что моё слово — закон. Если я сказал, значит, будет именно так, как я сказал. Меня трудно переубедить, если я ставлю себе цель, я её выполняю.
Понимаю, что ей без меня сложно, что переживает. Да и я тоже живу мыслями о них, но пока по-другому не получится. Пока всё это не закончится, я нужен там.
Всегда понимаю, куда я иду. Понимаю, что, возможно, не вернусь. Но я точно знаю, с судьбой можно договориться. И пока у меня это получается.
Война – это страшно. Захожу на службу всегда с тяжёлой душой. Но без страха. Страшно на самом деле тогда, когда теряешь товарищей. Ранило – да, больно, а когда ты своего тянешь, ещё и на себе, это страшно. Меня только могут понять, кто реально там был. И я хочу, чтобы оно всё осталось там. Я не хочу, чтобы мои дети видели это. Ни моя мама, ни другие мамы. Я мечтаю навсегда вернуться к мирной жизни, забыть кошмары войны, но память о пережитом останется со мной навсегда. От этого не уйдешь и сложно жить обычной жизнью, как раньше ты жил. Но я стараюсь жить как обычно. Самое тяжёлое – первые пару месяцев дома. Потом чуть-чуть полегче. Адаптация на гражданке – это всегда непросто. Одно дело, если бы там уже всё закончилось, было бы проще, думаю. Но там-то всё продолжается. Это как параллельная реальность: ты тут живёшь спокойной жизнью, а там пацаны воюют… Новости скидывают, звонят, рассказывают, что да как. Переживаю, конечно, ночами воюю. Снятся братья и задачи. Стараюсь полностью погрузиться в домашние дела и хлопоты. Много времени провожу с дочерями. Когда чувствую, что всё, невмоготу, бросаю всё и еду на рыбалку. Помогает успокаиваться. Лодку себе купил, мотор есть. Я серьёзную рыбалку люблю. И хозяйство держу, огородом сейчас занимаюсь. Теплицы у меня, все овощи свои. Пока я здесь, стараюсь всё подготовить к отъезду, чтобы супруге было проще хотя бы в бытовом плане. Для меня важно, чтобы везде был порядок. И дома, и на службе».
Мария Майорова
Источник: https://zaryagazeta.ru/news/media/2025/5/10/ya-lyublyu-svoyu-stranu/
