Продолжение. Начало опубликовано 23.12.2023
История-байка вторая
В последний рабочий день недели Иван пришел с работы, плотно поужинал и решил прогуляться пешком до Артема, благо, тот жил неподалеку. Солнце палило нещадно, что не удивительно, ведь лето было в самом разгаре – заканчивался июль-месяц. Подходя к Артемовскому дому, Старшой сначала услышал какой-то шум, а потом увидел во дворе такую картину: пьяненький хозяин пытался облапить свою жену, приговаривая при этом:
— Галя, Галя, голуба моя, дай я тебя расцелую! – Но та не принимала пьяные ухаживания мужа и все пыталась освободиться из его цепких объятий. Она с отвращением отталкивала муженька от себя, приговаривая:
— Артем, уйди, уйди на хрен!
Но муж никак не реагировал на протесты жены и продолжал лезть к супруге. Когда Галине все это надоело, она, со словами:
— Господи, да что же это такое! – резко отвела правую руку в сторону и, размахнувшись, изо всех сил нанесла Артему удар локтем в область грудной клетки. Не ожидавший такого, мужик, судорожно хрюкнув, отлетел в сторону и упал в угол между домом и крыльцом, сильно ударившись при этом головой о ступеньку. Вся веселость и игривость в один миг слетели с его лица и, глядя на жену налитыми кровью, полными ненависти глазами, Артем только и смог вымолвить:
— Э-э-х, ну и челове-е-к!
Стремясь предотвратить дальнейшее развитие событий, которое, вполне вероятно, могло закончиться мордобоем, Иван поторопился зайти во двор. Он помог другу подняться с земли, успокоил его и, показав Галине взглядом, чтобы та ушла с глаз долой, усадил своего напарника на крыльцо. Закурили. Для начала обсудили последние новости: летняя кета прет на нерест со страшной силой, все поселковые рыбкой уже запаслись, но скоро ход лосося закончится. Надо бы успеть урвать свой кусок, тем более что завтра наступают два выходных дня. Кроме того, у Ивана имелась еще и личная причина засолить бочонок летней кеты – в сентябре должны были приехать к нему в гости родители с материка, и хотелось бы угостить их «бамовской» вкуснятиной.
Здесь нужно пояснить: словом «материк» жители Дальнего Востока называют европейскую часть страны. Между делом Артем проинформировал Старшого, что невод он уже проверил и где нужно подштопал.
Провентилировав все вопросы, решили ехать на рыбалку сегодня же в ночь. Рыбачить можно было на небольшой таежной речке с красивым названием Эльга, так как только по ней шла на нерест летняя кета. Однодельцы знали там одно укромное местечко, где было удобно неводить с резиновой лодки. Так как собирались рыбачить без ночевки (в том смысле, что ночью они будут работать, а не отдыхать, а утром уже вернутся домой), с собой решили взять только лодку, невод и рюкзаки под рыбу.
Да, собственно, какая это ночь, если в четыре часа уже начинает светать. Нужно заканчивать рыбалку к шести часам, а затем немедленно рвать когти, чтобы не напороться на инспекцию. Наказав Артему не приставать больше к жене, а срочно заняться принудительным вытрезвлением своего организма, чтобы к вечеру быть в норме, Иван напоследок посоветовал другу:
— Как учил меня один старый алкоголик, с которым я лежал в больнице по поводу аппендицита, процесс вывода алкоголя из организма должен идти непрерывно. То есть так: пить – сс…ть, жрать – ср…ть, пить – сс…ть, жрать – ср…ть и так далее, до полной ликвидации симптомов алкогольного опьянения. А проще говоря, практически, это выглядит так: постоянно сидишь на толчке с миской в руках и хлебаешь щи.
Друзья от души посмеялись над рецептом скорейшего вытрезвления организма, отметив безусловную правоту старого опытного алкаша. Взбодрив своего товарища и направив его на путь истинный, Старшой вернулся к себе домой. Нужно ведь было предупредить и третьего компаньона – куда же без него то!
Он вывел из гаража мотоцикл и помчался к Митяю, который жил в конце поселка. Тот был дома и собирался топить баню.
— Ну шо, землячок, на рыбалку ехать хотов? – шутливо спросил Иван с южнорусским акцентом.
— Усехда хотов, хражданин начальник, — в тон ему весело подыграл Меньшой.
— Ну, тогда собирайся, едем сегодня в ночь. Сбор у меня в восемь!
— Лады! Значит, баньку придется отложить на потом, то есть, на завтра. Обсудили некоторые детали предстоящей вылазки на речку, и Старшой укатил домой.
Ехать до Эльги было недалеко, всего каких-то пятнадцать километров. Но добраться до речки нужно обязательно засветло, чтобы на месте осмотреться и надежно спрятать в лесу мотоциклы. Надо удостовериться, нет ли инспекции или других рыбаков, проверить само место рыбной ловли на предмет наличия коряг, топляков и т.д. К восьми часам вся компания была в сборе, у дома Ивана. Рыбаки были одеты в энцефалитные костюмы, на ногах – непременные резиновые сапоги-болотники, на поясе у каждого – рыбацкий нож в деревянных ножнах, обшитых лосиной кожей. Артем был в полном порядке, будто и не пьянствовал сегодня.
Точно по графику тронулись в путь. Отмотав пять километров, однодельцы подъехали к мосту через Светлую. Этот двухсотметровый мост никем не охранялся, изначально он был построен как железнодорожный и для проезда другого вида транспорта не предназначался. Однако на мосту, по обеим сторонам железнодорожной колеи, были устроены дощатые пешеходные тротуары, которые с успехом использовали для проезда владельцы двухколесных мотоциклов.
Вот и наши рыбаки, взобравшись по откосу насыпи на мост, сейчас аккуратно ехали по левому тротуару – он был чуть шире – на другой берег, где и находится в десяти километрах от моста впадающая в Светлую таежная речка Эльга. Надо признать, проезд по мосту был совсем не простым, а наоборот, довольно опасным мероприятием. Тротуары были узкие, к тому же, когда-то сырые, доски высохли и между ними образовались большие щели. Приходилось ехать на небольшой скорости, внимательно глядя перед собой вперед и вниз, чтобы, с одной стороны, не задеть рулем за перила, а с другой, чтобы переднее колесо не попало в просвет между досками, что было чревато стопроцентным падением мотоцикла и его седока. Кроме того, один раз в сутки утром по мосту проходил пассажирский поезд до их поселка, который через полчаса отправлялся обратно.
При проходе поезда находиться на мосту мотоциклисту со своим аппаратом было очень опасно. Поэтому, мост необходимо преодолевать либо до прихода поезда в поселок, либо после его прохода по мосту в обратном направлении. Следуя один за другим цепочкой, постоянно лавируя рулем, чтобы не попасть передним колесом в просвет между досками, рыбаки благополучно перебрались на другой берег. Правда, по окончании переезда, от напряжения, у всех троих спина была в мыле. Спустившись с насыпи снова на автодорогу, однодельцы дали по газам и помчались к Эльге.
Добравшись до знакомого ориентира в виде опоры ЛЭП, седоки спешились и завели железных коней в лес. От дороги до речки здесь было не более пятисот метров, но только не мари, а – нормального, твердого грунта. Так что через десять минут рыбаки были уже возле Эльги. Чуть не дойдя до нее, друзья сложили нехитрый рыбацкий скарб в густом мелколесье и аккуратно, крадучись, «как тать в ночи», стали пробираться к реке.
По мере приближения к месту рыбалки, у Ивана, как всегда, засосало под ложечкой, и в душе стал нарастать страх. Последние метры он преодолевал с нестерпимым желанием сбегать до ветру в ближайшие кусты, хотя дома, перед выездом, он подчистую опростал свой кишечник, и живот его был пуст. Такова уж была особенность его организма, подверженного медвежьей болезни.
Впервые проявления этой болезни он испытал еще в армии, когда служил срочную службу. Ивану всегда тяжело давался кросс на три километра, а бегать эту дистанцию заставлял своих солдат их командир взвода, помешанный на спорте. Все солдаты, и Иван в том числе, перед забегом обязательно шли в туалет. Но когда взвод выходил на стартовую позицию, Ивану снова ужасно хотелось в уборную. Было ощущение, что вот-вот, еще немного, ещё чуть-чуть, и он от страха навалит полные штаны. Но удивительное дело, стоило начать забег, как буквально через сто метров все симптомы медвежьей болезни исчезали сами собой, будто и не было их вовсе. А сейчас, превозмогая страшные позывы, Старшой продолжал упорно пробираться вперед.
Друзья вышли к речке, затаились в густом кустарнике и стали наблюдать. Солнце уже почти скрылось за лесом, но было еще очень светло, и все прекрасно видно. Никаких признаков присутствия других людей однодельцы не обнаружили, поэтому по мере осмотра окрестностей, кишечник Ивана пришел в норму.
Таежная речка Эльга шириной не более двадцати метров. Дальний ее берег высокий, обрывистый, а ближний — представлял собой галечную отмель, длиной метров пятьдесят. На этой отмели компаньоны и решили провести свою рыболовную ночь. Речка вокруг отмели оказалась чистой, без коряг и топляков. Идущую на нерест рыбу было отлично видно в прозрачной воде. Кроме того, периодически, то там, то здесь отдельные лососи выпрыгивали из воды, борясь с течением и, как бы, играя друг с другом.
Как только начало смеркаться, рыбаки двинулись за оставленным в кустах снаряжением. Вернувшись снова на берег, Старшой оперативно развязал мешок, вынул из него и раскатал на траве (пока еще, на всякий случай, в кустах) резиновую лодку, закрутил клапана и взялся за насос. Чтобы хрюкающие звуки клапанов были не так слышны, Иван старался работать ногой помедленней, не делая резких, сильных движений.
Почти совсем уже в темноте друзья понесли лодку на берег. Вставив весла в уключины, Иван с Артемом стали набирать невод на корме лодки, отдав свободный конец сетки Митяю. Закончив эту работу, Старшой стал в лодке на колени лицом к корме и взялся за весла. Сначала он начал грести, направляя резинку к противоположному берегу, невод при этом стал равномерно распускаться и соскальзывать с кормы лодки в воду. Затем, под воздействием течения, лодка начала делать полукруг, идя уже параллельно руслу реки, при этом Старшой продолжал усиленно работать веслами. Митяй со свободным концом невода шел по косе прямо напротив лодки и находящегося в ней Ивана.
Таким образом, двигаясь быстрее течения реки, Иван, плывя в лодке, и Митяй, идя по берегу, создавали из невода своеобразный мешок, куда попадала идущая против течения рыба. В конце отмели Иван стал заворачивать лодку к берегу и сильными гребками повел ее к косе, где уже находились оба помощника.
С уловом резинка шла туго. Почувствовав это, Артем бросился в воду, ухватился за борт лодки и, помогая Ивану, изо всех сил стал тащить ее на отмель. Тут уже и сам Старшой выскочил из лодки, и они вдвоем с Митяем поволокли невод из воды. По усилиям, прилагаемым рыбаками при вытаскивании сетки, Иван понял: рыба есть!
В первую тоню попалось, всего лишь шесть хвостов кеты. Летняя кета отличается от осенней своими размерами в меньшую сторону. Самец, примерно, равен самке осенней кеты, а самка эта величиной как средний ленок. А еще летняя кета вся серебристая, в отличие от осенней, имеющей брачный наряд – полосы красного, черного и зеленого цвета. И филе у нее розового цвета, и жир на брюшке еще имеется. Видимо, летняя кета, благодаря своему небольшому размеру, тратит меньше сил при следовании на икрометы, и поэтому лучше сохраняется. Выбрав рыбу из сетки, тут же, не мешкая, набрали невод для второй тони. При наборе невода очень важно сложить его так, чтобы при отходе лодки от берега он распускался безо всяких задержек, ни за какие детали лодки не цепляясь и не путаясь. Митяй быстро собрал рыбу и перетаскал ее в прибрежные кусты. Затем все трое повели лодку по воде против течения к началу отмели.
До начала рыбалки однодельцы договорились выловить шестьдесят хвостов кеты, по двадцать хвостов каждому. Поэтому Иван дал команду Митяю считать пойманную рыбу, чтобы знать, когда остановиться. Погода благоприятствовала нашим рыбакам: светила полная луна, было тихо и мошкара ночью особо не докучала. Под журчание воды в речке, ничем не отвлекаясь, рыбаки сноровисто делали свою работу. Вторая тоня дала уже двенадцать хвостов. А дальше друзья вошли в такой азарт, что остановиться уже не было никакой возможности. Да и Митяй потом сбился со счета и забросил это дело. Когда небо на востоке чуть заалело, компаньоны завершили последнюю тоню, выловив всего четыре хвоста.
Не мешкая, Иван вывернул клапана и принялся быстро скатывать лодку в рулон, чтобы затем поместить ее в мешок. Артем в это время смотал невод и сунул его в свой мешок. Упаковав рыбацкие принадлежности, рыбаки перетащили их подальше от реки к дороге. На ходу дымя сигаретами, компаньоны прихватили свои рюкзаки и направились к кустам, где дожидался рыбаков ночной улов.
Увидев огромную кучу выловленной рыбы, Старшой выругался:
— Твою же мать! Нам ведь не забрать ее всю!
Но что сделано, то сделано. Поскольку рыбы было навалом, Иван дал команду своим товарищам отбирать любую, по своему усмотрению. В основном это была летняя кета, но попалось и несколько хвостов горбуши. Самцы горбуши с горбом у спинного плавника походили на кавалерийские штаны, однодельцы в шутку так и называли их – галифе.
Для начала из кучи рыбы были отобраны все икрянки, которых досталось каждому рыбаку по восемнадцать хвостов. Из оставшейся рыбы каждый из друзей выбрал себе по два-три серебристых самца кеты. Артем, ковыряясь в куче рыбы, выудил оттуда какую-то необычную рыбину с огненно-красным хвостом.
— Иван, а это что такое, что за рыба, на кету совсем не похожа?
— Эх ты, олух царя небесного! Это же таймень, вернее, таймешонок. Мы с Митяем как-то ставной сеткой поймали двух тайменей весом до пятнадцати килограммов каждый. Помнишь, он рассказывал тебе тот случай, когда мы сами напоролись на рыбнадзор?
— А он ничего не говорил тогда о тайменях!
— Да у меня просто из головы выскочило, — подключился к разговору Меньшой. Уже совсем рассвело, нужно было, не мешкая, убираться с речки. Во-первых, пока не появился рыбнадзор. Во-вторых, июль-месяц, жара начинается, буквально, с рассветом. Рыбу нужно как можно быстрее, по холодку, доставить домой, выпотрошить и засолить. И третий важный момент – это поезд. В общем, надо торопиться.
Оставив еще довольно большую кучу рыбы в кустах, однодельцы взгромоздили на себя тяжеленные рюкзаки и, согнувшись в три погибели, тронулись в путь. Прихватив по пути мешки с лодкой и неводом, вскоре рыбаки вышли к дороге. Выведя из леса мотоцикл, Иван удлинил лямки рюкзака таким образом, чтобы он, находясь за плечами, стоял на заднем сиденье. Так было ехать гораздо легче. Впереди, на топливном баке, он расположил мешок с лодкой. То же самое сделал и Артем, только вместо лодки у него был мешок с неводом. Конечно, проще и легче было бы увезти сейчас только рыбу, а лодку и невод, пока надежно спрятав, забрать вторым рейсом. Но, имея печальный опыт, компаньоны решили не рисковать. В прошлом году они рыбачили, тоже ночью, на горбушу, но только это было на реке Светлой (редко, в некоторые годы, горбуша и летняя кета шли на нерест не только по Эльге, но и по Светлой). Закончив тогда рыбную ловлю, Иван вроде бы надежно спрятал свою резинку в лесу. Однако, возвратившись туда через неделю, он ее там не обнаружил – лодка была украдена.
Тогда вся осенняя путина чуть было не накрылась медным тазом. Пришлось срочно давать нужным людям взятку копченой рыбой и икрой, чтобы помогли достать новую резинку.
Не мешкая, тронулись в путь. Комфортнее всего было ехать Митяю. Он просто поставил рюкзак с рыбой перед собой, а лямки накинул на плечи. Дорога была в обе стороны по-утреннему пустынна, поэтому однодельцы ехали спокойно и без нервотрепки.
Уже взошло солнце, и вот-вот начнет хорошо пригревать. Добравшись до моста без происшествий, мотоциклисты один за другим взобрались на насыпь и по дощатому тротуару аккуратно, стараясь не делать резких движений, и расставив в стороны ноги, малой скоростью двинулись вперед. Первым, как всегда, ехал Старшой. Благополучно преодолев все пролеты моста, он съехал с насыпи на дорогу, заглушил двигатель и стал ждать. Следующим проскочил мост Митяй, который, так же проехав его без приключений, присоединился к Ивану. Поджидая Артема, закурили.
Прошло, наверно, несколько минут, но тот все не показывался. От предчувствия беды у Ивана, как всегда, в случае опасности, засвербило в одном месте. Сбросив с себя груз и поставив мотоцикл на подножку, Старшой резво взбежал на насыпь.
Видимость была прекрасная, и он сразу же обратил внимание на какое-то возвышение на левом тротуаре, примерно на середине моста. Почувствовав неладное, Иван, что было духу, со всех ног, бросился туда. Надо было спешить – в рельсах слышался гул приближавшегося, но пока еще невидимого поезда. Добежав до места, Старшой нашел лежащий на тротуаре «Минск», а под ним – хрипевшего, с выпученными глазами, готовыми выскочить из орбит, судорожно дергавшегося в конвульсиях Артема. У него на шее висел, находясь за пределами тротуара, почти сорокакилограммовый рюкзак. Между рельсами валялся мешок с неводом. Раздумывать было некогда – уже слышался стук вагонных колес. Подбежав к другу, Иван ухватился рукой за лямку, душившую Артема, и рывком – откуда только сила взялась! – втащил рюкзак на тротуар. Затем сдернул в сторону мотоцикл, который задним колесом лежал на ближнем рельсе, и сбросил на тротуар мешок с неводом.
Только потом, проделав все это буквально на одном дыхании, Старшой занялся Артемом, когда рядом уже громыхали вагоны пассажирского поезда.
Багровое лицо лежащего на тротуаре друга постепенно стало приобретать естественный цвет и осмысленное выражение, выпученные глаза вернулись на свое место, хриплое и судорожное прежде дыхание понемногу приходило в норму.
Когда поезд прошел, Иван помог напарнику подняться с тротуара и усадил его на сиденье лежащего мотоцикла. Немного отдышавшись и почти придя в себя, Артем попытался самостоятельно встать на ноги, но все его попытки оказались неудачными. Ноги дрожали в коленях и отказывались повиноваться хозяину. Пришлось устроить вынужденный десятиминутный перекур, в течение которого организм Артема более-менее отошел от встряски. Наконец, с помощью Ивана, несчастный рыбак все-таки сумел поставить себя в вертикальное положение и помаленьку, еще на трясущихся ногах, держась руками за перила, осторожно двинулся вперед. Нужно было спешить – через полчаса поезд вновь окажется на мосту. Старшой внимательно осмотрел артемовский мотоцикл, который оказался более-менее в порядке: только руль перекошен да деформировано переднее крыло.
Чуть выправив его и поставив на место руль, Иван навьючил на себя рюкзак с рыбой и, положив на топливный бак мешок с неводом, разместился на сиденье. После нескольких толчков кик-стартера мотор завелся, и Старшой, расставив ноги в стороны, медленно покатил вслед за Артемом.
На этот раз поездка прошла нормально, и скоро компаньоны снова были вместе. Загнав мотоциклы недалеко от моста в лес и сбросив в траву рюкзаки и мешки, однодельцы присели на выворотень и закурили – надо было прийти в себя от пережитого. Все-таки они испытали стресс, да еще какой! Когда Артем немного успокоился, он рассказал, что с ним приключилось.
Сначала все было нормально, он ехал аккуратно, не торопясь. Но в какой-то момент, видимо, из-за тяжеленного груза, мотоцикл повело в сторону. Артем не удержал руля, и переднее колесо попало в щель между досками. «Минск» стал заваливаться набок, и рыбак со всего маху грохнулся на тротуар, еще и треснувшись головой о рельс. Хорошо еще, что упал в сторону рельсов. Если бы свалился в другую сторону, то, наверно, проломил бы деревянные перила и полетел с моста вниз. И хорошо, угодил бы в речку, а если – на землю?! От одной этой мысли однодельцам стало как-то не по себе. При падении мотоцикла обе лямки рюкзака соскочили с плеч, и одна из них обвилась вокруг шеи Артема. Рюкзак повис в воздухе, за пределами тротуара, и всем своим сорокакилограммовым весом стал душить рыбака.
— Лежу на досках, голова болит, чувствую, что тяжеленный рюкзак душит и тащит меня за пределы тротуара, еще чуть-чуть и оторвет мне голову. Пытаюсь подняться и не могу, руки и ноги словно задеревенели, — дрожащим голосом рассказывал пострадавший. — Лямка передавила горло, задыхаюсь и начинаю терять сознание. Думал, все – конец! Последнее, что помню, гул в рельсах от идущего поезда.
Иван с Митяем, как могли, успокаивали друга, тем более, что обошлось без переломов, отделался одними ушибами. После пережитого все трое постепенно успокаивались. Выкурили еще по сигарете. И вот уже пошли шутки, подковырки, раздался смех. Наконец, и у бедняги Артема появилась на лице улыбка.
— Ну что, мужики, пора! – спохватился Старшой. И действительно, солнце уже поднялось довольно высоко, с каждой минутой становилось все жарче. Пока не проквасили рыбу, надо было срочно ехать разбираться с ночным уловом.
Продолжение следует
