— написал белой краской на броне своего танка экипаж Алексея С. За Родину идёт в бой каждый из них, за детей и семьи, за каждого из нас, за наше завтра
— Залп. Снаряд улетел на 320 метров. «Надо 400!» — команда по рации командира батальона. Понимаем, что столько не дадим. Бензопилу в руки, валим перед танком дерево, наезжаем гусянкой (гусеницей), следующий снаряд летит на заданную дальность, — рассказывает Алексей.
На СВО он с января 2024-го. Пошёл добровольцем, подписав контракт. Посчитал, что в трудное для страны время должен быть там.
Алексей – наводчик-оператор танка.
— На «срочке» был наводчиком БТР, так что крутить башню опыт небольшой был, — улыбается.
А если серьёзно, его основная задача – точное наведение орудия на цель. Сколько целей поразил их танк за это время, считать уже перестали.
Танкисты идут в наступление, встают против тяжёлых бронемашин противника, прикрывают штурмовиков.
— Сначала артобстрел, затем вступаем мы, потом идут штурма (штурмовики). Видим, что они столкнулись с укреплённой позицией, — снова наш выход, — говорит боец.
На словах всё просто. Но только те, кто был в бою, знают цену этих слов.
— Говорят, что человек ко всему привыкает. Нет, невозможно привыкнуть к войне. К условиям проживания, смене занятий – можно. Но не к войне, — продолжает Алексей.
И действия бойцов на передовой не привычка – опыт.
Опыт выбрать позицию для танка, опыт оборудовать её. Не один день танкисты машут лопатами, выкапывая капонир. Долго? Так танк в нём – по самую башню. Сверху масксети, ветки. Только дуло торчит. Но танки не всегда на закрытых огневых позициях, и хоть машина из брони, дополнительная защита лишней не будет. Это тоже опыт.
— Поначалу сами сооружали на танк так называемые «мангалы» из металлических уголков, цепей, использовали динамики с тротиловыми зарядами – такая защита от дронов, — рассказывает Алексей. – Потом в ремроте машину снабдили дополнительной защитой, «ощетинившаяся» приваренными иглами-тросами она стала похожа на ежа. Такие танки у нас так и зовут – «ёжики». Если управляемые по радиоканалу fpv-дроны глушатся комплексами радиоэлектронной борьбы, то единственный способ отразить атаку беспилотника на оптоволокне – уничтожить на подлёте или остановить механически.
— И такие иглы-тросы помогают?
— Как говорится, испытано на себе. Однажды на нас свалился принесённый дроном снаряд РПГ – голова гудит, но танк на ходу. Слава Богу, до подлёта следующего дрона успели в посадку заскочить.
— Вы верующий человек?
— Там все верят в Бога. И я к вере там пришёл. Ночь перед Рождеством, на часах 00:30, над нашим блиндажом зависает Баба-Яга (тяжёлый беспилотник), слышим щелчок, значит, сброс, ждём взрыва, а губы сами шепчут: «Господи, помоги…». Не было взрыва. 8,5-килограммовый снаряд лежал на крыше блиндажа, не взорвался… Вскоре привезли гуманитарную помощь, первое, что я взял, – крестик, он теперь всегда со мной.
— Гуманитарка от земляков?
— Да. Передайте большую благодарность волонтёрам группы «Фролово за наших» и всем фроловчанам. Булат, что привезли, не раз спасал, предупреждая о приближении дронов. И сетки маскировочные хорошо помогают прятать от глаз противника и технику, и блиндаж. За всё спасибо – за стройматериалы, за вкусняшки из дома, за поддержку, за то, что ждёте нас.
Отпуск ещё не закончился, а Алексей собирается обратно:
— Там братья мои. Толя из Калининграда – наш командир танка, с которым, как говорится, и в атаку, и в разведку. Мага из Дагестана – знаю, ни в какой ситуации не бросит. Наш комвзвода Сёма из Подмосковья в критической ситуации вывел танк из-под обстрела. Ребята со всей большой страны встали на её защиту. И мы победим!
Светлана Базилевская
Источник: газета «Вперед»